Около месяца назад США и Израиль начали масштабную военную кампанию против Ирана, обрушив на страну серию массированных воздушных ударов. Ещё до начала боевых действий многие аналитики предполагали, что Тегеран не сможет долго сопротивляться столь мощному давлению. Однако реальность опровергла эти ожидания. Несмотря на серьезные разрушения и ощутимые потери, Исламская Республика не только удерживает позиции, но и отвечает противникам симметричными ударами. В связи с этим возникает закономерный вопрос: что обеспечивает Ирану такую устойчивость и насколько долго страна сможет продолжать сопротивление военному давлению?
Сам характер нынешнего противостояния выглядит во многом парадоксальным. По заявлениям официальных лиц в Вашингтоне и Тель-Авиве, на территории Ирана были поражены тысячи целей, включая стратегически важные военные объекты и элементы промышленной инфраструктуры. Американская и израильская стороны регулярно сообщают о продолжающихся авиаударах и ракетных атаках по различным районам страны. В результате этих действий Иран действительно понёс серьёзный материальный ущерб, однако государственная система управления и обороны при этом не была разрушена. Страна оказалась повреждена, но далеко не сломлена.
Особенность этой войны заключается ещё и в том, что, возможно, впервые в мировой истории заранее подготовленные удары одной стороны были направлены не только на военные объекты, но и на целенаправленную ликвидацию представителей высшего руководства другой страны. Расчёт состоял в том, что устранение ключевых фигур, включая верховного лидера Ирана Али Хаменеи и его ближайшее окружение, должно было вызвать растерянность и дезорганизацию в руководстве страны. Предполагалось, что такие потери окажутся невосполнимыми и спровоцируют политический хаос. Однако, вопреки этим ожиданиям, никаких признаков системного коллапса внутри иранского руководства не наблюдается.
Создаётся впечатление, что руководство Исламской Республики демонстрирует полное хладнокровие, несмотря на почти ежедневные сообщения об ударах и гибели представителей элиты. Список погибших уже включает десятки имён. Тем не менее вакантные места практически сразу занимают новые фигуры. При этом они прекрасно понимают, что, едва заявив о себе публично, могут моментально оказаться в поле зрения разведывательных служб противника. Именно поэтому новые руководители стараются действовать максимально скрытно и избегать публичности.
Ситуация порой напоминает сюжет фантастического триллера. Но происходящее - это не вымысел, а вполне реальная картина современной войны.
Директор Национальной разведки США Тулси Габбард заявила, что «режим в Иране, по всей видимости, не был разрушен, однако серьёзно ослаблен в результате ударов по его руководству и военному потенциалу».
Похожие оценки, как сообщается, звучат и в докладах израильской разведки, которые получают власти страны. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху, комментируя ситуацию, заявил, что существуют «многочисленные признаки» того, что иранская политическая система якобы начинает «трещать по швам».
Однако из Тегерана, судя по всему, на подобные заявления реагируют скорее иронично. Складывается впечатление, что иранское руководство воспринимает подобные оценки с заметной долей сарказма.
Возникает ощущение, что в Тегеране заранее просчитали возможное развитие событий. Похоже, там изначально предполагали, что противник нанесёт массированные удары по территории страны, что неизбежно будут разрушения и потери, после чего последуют ответные действия, расширение зоны конфликта и вовлечение в него других государств Ближнего Востока, включая страны Персидского залива.
Руководство Ирана неоднократно предупреждало о масштабах своего военного потенциала. Однако, судя по всему, в США и Израиле многие из этих заявлений были восприняты как обычная пропаганда или блеф. Кроме того, противники Ирана, вероятно, недооценили устойчивость политической системы страны.
Как отмечает издание Middle East Eye, «палестинское сопротивление продолжает ограничивать военные возможности Израиля. Пока сектор Газа остаётся активной зоной боевых действий, Израиль не может сосредоточить все свои силы на других направлениях». Издание подчеркивает, что сектор Газа является не только ареной военных столкновений, но и мощным политическим символом, который продолжает привлекать внимание и поддержку со стороны региональной и мировой общественности.
Дополнительное давление на Израиль оказывает и ливанская шиитская организация Хезболла. По данным газеты The Independent, эта группировка, которая считалась серьёзно ослабленной в 2024 году, впоследствии была реорганизована при активной поддержке Ирана. В её структуру были включены офицеры Корпус стражей исламской революции. Благодаря финансовой и организационной помощи Тегерана «Хезболла» смогла восстановить боеспособность и вновь вступила в боевые действия на стороне Ирана после начала атак со стороны США и Израиля.
Подобная ситуация требует от Израиля огромного напряжения ресурсов. Для сравнительно небольшой страны ведение боевых действий сразу на нескольких направлениях становится крайне сложной задачей. Поэтому, несмотря на публичные заявления о решимости продолжать операцию, израильское руководство, вероятно, не прочь было бы завершить военную кампанию. Однако открыто говорить об этом премьер-министр и его союзники не спешат.
США, в свою очередь, также могли бы объявить о достижении «победы». Такой сценарий возможен, если военные и экономические потери продолжат нарастать, а также если дальнейшая эскалация начнёт серьёзно дестабилизировать мировые энергетические рынки и нарушать функционирование глобальной финансовой системы.
О феномене устойчивости Ирана рассуждает в своей статье для агентства Bloomberg известный эксперт по Ближнему Востоку Вали Наср. Этот учёный и писатель родился в Тегеране, однако после революции Иранская революция 1979 года его семья была вынуждена эмигрировать. По его словам, вынужденная утрата родины оставляет глубокий след в жизни человека: «Очень тяжело потерять страну не по своей воле - утратить связь с местом рождения, с тем, что формирует твою идентичность, с историей и людьми, которых ты знаешь».
Анализируя нынешнюю ситуацию, Наср отмечает, что, несмотря на высокую цену, которую Иран уже заплатил в этой войне, руководство страны не намерено отступать. В Тегеране считают, что нынешний конфликт может стать решающим. Либо страна будет сломлена, либо США и Израиль окончательно откажутся от идеи силового давления и военных операций против Ирана.
Основатели Исламской Республики, включая Рухолла Хомейни и нынешнего верховного лидера Али Хаменеи, исходили из того, что государство должно положить конец эпохе внешнего вмешательства во внутренние дела Ирана. По их убеждению, страна больше не должна подвергаться давлению и унижениям со стороны мировых сверхдержав.
Сегодня иранское руководство добивается сразу нескольких стратегических целей. В их числе - отмена международных санкций, вывод израильских войск из Ливана и ликвидация американских военных баз в регионе. В Тегеране убеждены, что именно эти базы используются США как плацдарм для ведения войны в районе Персидского залива.
Говоря о внутренней политической ситуации, Вали Наср отмечает, что в Иране существует значительное число людей, недовольных существующим политическим строем. Многие выступают против теократической системы и экономической изоляции страны. Однако нынешняя война существенно изменила настроение общества.
По словам эксперта, даже многие критики власти сегодня говорят: «Сейчас не время для внутренних политических споров. В данный момент необходимо поддержать страну». Поэтому, если бывший президент США Дональд Трамп рассчитывал на быстрое политическое восстание внутри Ирана, подобного сценария, по мнению Насра, не произойдёт по крайней мере до окончания войны.
Эксперт также полагает, что конфликт может оказаться гораздо более продолжительным, чем рассчитывает Вашингтон. «Трамп думает, что может просто нажать выключатель и остановить всё в любой момент. Но ситуация гораздо сложнее - если только США не предложат Ирану действительно серьёзные условия», - считает он.
На протяжении веков Иран оставался загадочной страной, пережившей многочисленные войны, территориальные потери и серьёзные исторические испытания. Однако каждый раз государство находило силы восстанавливаться и заново наращивать свой потенциал. Именно этот процесс, по мнению наблюдателей, происходит и сегодня.
Наср обращает внимание на ещё один важный фактор, который часто остаётся вне поля зрения аналитиков. Почти полвека жизни под экономическими санкциями вынудили Иран выработать модель максимальной самодостаточности. Страна была вынуждена научиться самостоятельно производить практически всё необходимое.
В результате сегодня Иран не только развивает собственное производство вооружений, включая ракеты и беспилотники, но и выпускает широкий спектр другой продукции без серьёзной зависимости от зарубежных поставок.
«На протяжении 47 лет Иран фактически живёт в состоянии конфликта - сначала с Ираком, затем в условиях экономической войны с Соединёнными Штатами, а теперь и в условиях прямого военного противостояния, - подытоживает Вали Наср. - Население страны сильно утомлено этим постоянным напряжением. Но потенциал Ирана гораздо больше, чем многие предполагают. В конечном счёте страна стремится стать одной из великих держав на мировой арене».
