8 мая в Госдуму РФ были внесены поправки в законопроекты: о запрете ношения в образовательных организациях религиозной одежды, одежды с религиозными атрибутами и (или) религиозной символикой, если иное не установлено статьей закона. А также запрет на ношение религиозной и иной одежды, полностью или частично скрывающей лицо, в государственных организациях и в общественных местах.
В пояснительной записке указывается, что «Учитывая текущий высокий уровень террористических угроз, возникает необходимость в ограничении ношения одежды, скрывающей лицо в общественных местах, поскольку человек с закрытым или частично закрытым лицом не может быть идентифицирован камерами видеонаблюдения».
Как показывает практика последний лет, вопрос запрета или ограничений на ношение никаба и других видов религиозной одежды, полностью закрывающей лицо, становится все более актуальным в самых разных частях мира, причем не только на Востоке, но и в странах коллективного Запада. Недавние инициативы в России и более ранние в странах Центральной Азии, таких как Кыргызстан, Казахстан и Узбекистан, ярко демонстрируют данную тенденцию.
Конечно, подобные обсуждения не могли обойти стороной нашу Республику, где тема ношения никаба поднималась неоднократно и на самом высоком уровне. Известно, что предложение о запрете ношения головного убора, полностью закрывающего лицо, было выдвинуто депутатом Шарапаткан Мажитовой еще в сентябре прошлого года. Она подчеркивала необходимость принятия подобного закона для обеспечения национальной безопасности, ссылаясь на опыт Узбекистана, где такой указ уже действует.
«Предлагаю запретить ношение хиджаба и никаба (традиционный женский головной убор из ткани чёрного цвета, закрывающий лицо, с узкой прорезью для глаз - ИФ), которые не позволяют камерам «Безопасного города» идентифицировать личность человека. Считаю, что мы прежде всего должны думать о безопасности», - заявила Мажитова на заседании парламента.
Депутат в свою очередь отмечала, что количество женщин, носящих паранджу постоянно растет, особенно в Оше, и это представляет потенциальную угрозу безопасности, а также влияет на размытие культурной идентичности кыргызского народа, противореча историческому развитию этого устоявшегося этноса.
«Наши женщины всегда ходили с открытым лицом и не было такого чтобы полностью закрывали его», - отметила Мажитова.
Кроме того, ранее, в 2022 году, Мажитова уже предлагала запретить ношение хиджабов, аргументируя это необходимостью соответствия требованиям светского государства. Она же подчеркнула, что запрет на закрытие лица не ущемляет религиозные права, а наоборот, способствует общественной безопасности и уравнивает населения в правах.
Юрист Таттыбүбү Эргешбаева в свою очередь так же отметила, что цель таких подобных инициатив — усиление общественной безопасности посредством идентификации человека, а не запрет какой-либо конкретной одежды. Она подчеркивает, что требование идентификации личности и сбора биометрических данных не направлено на нарушение религиозных прав и свобод.
В качестве примера адаптации к современны условиям часто приводится опыт Ирана, где не так давно тоже начались обсуждения пересмотра закона об обязательном ношении паранджи. Генеральный прокурор Ирана Мохаммад Джафар Монтазери заявил, что парламент и судебные органы рассматривают этот вопрос, что свидетельствует о готовности государства менять подход к данному вопросу и занять более компромиссную позицию в пользу защиты государственных интересов.
В этом смысле вопрос запрета или ограничений на ношение никаба и других видов религиозной одежды, закрывающей лицо, является крайне актуальным. Он затрагивает баланс между обеспечением национальной безопасности и уважением прав человека. Примеры из Кыргызстана и других стран Центральной Азии показывают, что эта тема требует всестороннего обсуждения и диалога, чтобы найти наилучший способ защиты общественной безопасности без нарушения основных прав и свобод граждан.
