Недавнее интервью министра иностранных дел России Сергея Лаврова каналу TV BRICS частично приоткрыло закулисные нюансы попыток Москвы достичь «мирного соглашения» с администрацией Дональда Трампа по украинскому вопросу. Мирное урегулирование, как и прежде, оказалось недостижимым, но почему это произошло?
Разные подходы к конфликту
Не секрет, что многие странности и повороты в ходе специальной военной операции, корректировки ее целей и методов объясняются внутривидовой борьбой между российскими политическими группировками, условно называемыми «ястребами» и «голубями мира». К первым относят Лаврова, который неизменно акцентирует внимание на «демилитаризации» и «денацификации» Украины - темы, о которых некоторые другие представители власти уже практически не говорят.
Среди «голубей» особое место занимает Кирилл Дмитриев, глава Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), чья карьера, сначала бизнесменская, а затем и политическая, тесно связана с США. Он был назначен спецпредставителем президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами именно 23 февраля 2025 года - символическая дата, которая подчеркнула значение его роли.
С этого момента в Кремле закипела работа: Дмитриев предложил множество громких инициатив, от строительства подводного туннеля через Берингов пролив до совместного освоения Марса. Но основное внимание сосредоточилось на более близких и достижимых целях - российской Арктике и ее природных ресурсах. Эти идеи нашли публичную поддержку в Кремле, а президент Путин подтвердил возможность участия США в разработке алюминия и редкоземельных металлов.
Оттеснение традиционных дипломатов
При этом Дмитриев, удивительным образом, оттеснил от переговорного процесса профессиональных российских дипломатов, формируя образ «радужного будущего» совместного с США благоденствия. Основным условием этого видения был быстрый и «по-мужски» решенный вопрос о новых территориях Украины и статусе Запорожской АЭС, оформленный в виде peace deal с Трампом.
Кульминацией этого сближения стал саммит Путина и Трампа на Аляске в августе прошлого года, где лидеры заключили неформальное «джентльменское соглашение». Подписание официальных документов в «дружественном духе Анкориджа» планировалось в Будапеште, однако по неизвестным причинам этого не произошло.
В интервью TV BRICS Лавров выразил свое недоумение:
«Нам говорят, что украинскую проблему надо решить. В Анкоридже мы приняли предложение США. Если подходить по-мужски, они предложили - мы согласились. Россия, как неоднократно говорил Путин, выполнила свою часть: нам важна была позиция США, несмотря на русофобию в Европе. Мы приняли предложение, и задача вроде бы решена - украинский вопрос закрыт, впереди должно быть широкое, взаимовыгодное сотрудничество».
Обманутые ожидания
Но на практике все оказалось иначе. Лавров с горечью отмечает, что, вопреки ожиданиям Москвы, администрация Трампа не только не отменила санкционную политику Байдена, но и усилила ее:
«Все законы, введенные Байденом для наказания России после начала СВО, администрация Трампа не оспаривает. Санкции против «Лукойла» и «Роснефти» сохраняются, и новые ограничения были введены всего через несколько недель после удачной встречи Путина и Трампа в Анкоридже».
Иными словами, некоторые в российской элите надеялись, что при 47-м президенте США удастся откатить ситуацию хотя бы к состоянию февраля 2022 года. Но вместо этого ситуация ухудшилась.
Причина, по словам Лаврова, кроется в стремлении США к глобальному доминированию:
«Американцы хотят контролировать все маршруты поставок энергоносителей на все континенты. Они следят за «Северными потоками», взорванными три года назад, за украинской газотранспортной системой и «Турецким потоком». Цель США - доминирование в мировой экономике, которое достигается с применением методов, далеких от честной конкуренции».
То есть, помимо переговоров о Запорожской АЭС и правах на российские ресурсы, Трамп заинтересован в контроле над российскими газопроводами, включая «Турецкий поток» и оставшиеся мощности «Северных потоков».
Ситуация повторяет украинский сценарий: Зеленский сам предложил Трампу доступ к ресурсам Украины, разожгав его интерес, и оказался вынужден подписать кабальную «сделку по минералам». В Москве пока не готовы к аналогичной постоянной эскалации требований со стороны американских партнеров.
Тактические последствия
В результате США начали так называемую «танкерную войну» и внезапно лишили ВС РФ доступа к американскому спутниковому интернету в зоне СВО, что вызвало тактические сложности в управлении войсками. Вследствие этого ВСУ смогли перейти в контрнаступление на Южном фронте, поставив под угрозу многие успехи российских сил в Днепропетровском и Запорожском направлениях.
