Дестабилизация в регионе Центральной Азии и на Кавказе соответствует интересам Запада по «сдерживанию» России, а также будет выгодна турецким националистам, которые уже давно мечтают о создании единого «турецкого пространства» от Эгейского моря до Китая.
Недавние боевые действия в Карабахе мотивировали (или ускорили) формирование де-факто военного союза Азербайджана, Турции и Пакистана, интересы которых не всегда совпадают с другими соседними странами. «Сопутствующим продуктом» военного сотрудничества Анкары, Баку и Исламабада неизбежно станет региональная дестабилизация.
В сопредельной с Арменией турецкой провинции Карс 17 января представители Минобороны Турции торжественно встретили азербайджанских коллег, которые прибыли для совместных учений «Зима-2021». Маневры пройдут 1-12 февраля. Турецкая сторона заверила гостей: «Мы продолжим действовать «одним сердцем» и «одним кулаком», с пониманием, что «два государства — одна нация»». Ключевое слово «продолжим» почему-то вызывает ассоциации с боевыми действиями в Нагорном Карабахе, где Турция поддерживала Азербайджан. И тут в перспективе просматривается новая концепция: «Два государства — одна армия».
Немногим ранее состоялись встречи турецкого министра обороны Хулуси Акара с командующим ВВС Пакистана Муджахидом Анвар Ханом, министра обороны Азербайджана Закира Гасанова с послом Пакистана в АР Билалом Хайе. Стороны обсудили совместные учения, включая маневры азербайджанской армии с участием спецназа и других видов войск Пакистана и Турции. Отмечен большой потенциал для военного и военно-технического сотрудничества (ВТС), выражено намерение развивать его в интересах Анкары, Баку и Исламабада.
В развитии добрососедских отношений государств, ВТС и обмене армейским опытом нет ничего предосудительного, если в результате не возникает военно-политического напряжения в регионе и военных угроз ближайшим соседям.
В совместных азербайджано-турецких учениях «Зима-2021» можно заметить, что выбор локации пал на район у границ Армении, где в Гюмри расположена 201-я российская военная база, а это уже выглядит провокационно. Складывается впечатление, что Анкара и Баку не вполне удовлетворены достигнутыми в Нагорном Карабахе результатами, а Исламабад готов «по-братски» им помочь на Южном Кавказе — с расчетом на расширение своего влияния в Центральной Азии.
Прямая угроза
Азербайджано-турецкие военные маневры 1-12 февраля в провинции Карс обещают стать крупнейшими за последние несколько лет. Сценарий учений предусматривает отработку совместных наступательных операций, в том числе десантно-штурмовых. В условных боях будут задействованы танковые и артиллерийские подразделения, спецназ и снайперы. Целями учений заявлены отработка взаимодействия в ходе совместных операций, проверка боеспособности вооружения и транспортных средств, штатных и перспективных.
Напомню, предыдущие совместные военные маневры Турции и Азербайджана с боевыми стрельбами проходили за полтора месяца до начала боевых действий в Карабахе. В Ереване считают 44-дневную войну прямым продолжением августовских азербайджано-турецких учений. Алгоритмы и содержание «предвоенных» маневров настораживают и Армению, и Россию.
Турецкий министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу в конце декабря обещал «активизировать усилия по нормализации отношений с Арменией», однако реальность выглядит иначе. Безопасность армянского населения не абсолютна. Дальнейшая судьба и статус Нагорного Карабаха не определены, в перспективе зависят от баланса сил в регионе, и возможностей азербайджано-турецкого военного альянса.
В соответствии с заявлением лидеров России, Азербайджана и Армении, Карабах остался практически изолированным анклавом на территории площадью чуть более половины бывшей Нагорно-Карабахской автономной области (без Гадрутского района и города Шуша). Стабильность и безопасность в этом районе обеспечивают преимущественно российские миротворцы. Возможно, сохраняющаяся неопределенность создает в Анкаре и Баку иллюзию, будто «мятежную территорию» можно «дожать» военными средствами, игнорируя российских миротворцев. Многие подзабыли итоги грузинской операции «Чистое поле» на территории Южной Осетии в августе 2008 года. Неслучайно американское издание Foreign Policy отмечает высокий риск «неожиданной конфронтации» в зоне пересечения российско-турецких интересов на Южном Кавказе. Подобное развитие событий было бы выгодно Западу для реализации общего плана дестабилизации российского ближнего зарубежья и «сдерживания» России.
В свою очередь, влиятельные турецкие националисты мечтают о ликвидации «разделенного тюркского мира» и едином «турецком пространстве» от Эгейского моря до западного Китая. То есть военные угрозы в регионе Южного Кавказа сохраняются, а относительно далекий Пакистан не дремлет и ведет свою военно-политическую игру, в которой преобладают экономические резоны.
