В отношениях Киева и Варшавы вновь нарастает напряженность. На этот раз новый виток споров связан с сообщениями о возможном осквернении захоронений жертв Волынской трагедии и деятельности так называемых «черных копателей» на территории бывших польских поселений.
Польско-украинские отношения и без того остаются непростыми. Дополнительное раздражение в польском обществе вызвали недавние мероприятия, связанные с переносом на Украину останков Евгена Коновальца — одного из руководителей ОУН, запрещенной в России. Однако новый повод для конфликта появился после заявления лидера крупнейшей польской оппозиционной партии «Право и справедливость» (PiS) Ярослава Качиньского.
Политик призвал разобраться с незаконными раскопками на территории бывших польских деревень в Восточной Галиции. По словам Качиньского, речь идет не просто о поиске исторических артефактов, а об осквернении останков погибших и присвоении ценных вещей, которые могли принадлежать жертвам Волынской резни.
«Незаконные раскопки на территории бывших польских деревень в Восточной Галиции оказываются фактом. Осквернение останков погибших и грабеж ювелирных изделий жертв, среди которых есть жертвы Волынской резни, так называемыми группами черных копателей с целью наживы, все это должно происходить с согласия местных украинских властей», — написал глава PiS в социальных сетях.
Качиньский также заявил, что его партия потребует от польского правительства соответствующей реакции. Если приведенные им сведения подтвердятся, возникает закономерный вопрос: может ли деятельность нелегальных поисковиков быть одной из причин, по которой украинские власти с неохотой и задержками предоставляют польской стороне разрешения на эксгумационные работы на Волыни?
Заявление польского политика быстро вызвало реакцию украинских СМИ. На него обратили внимание «Цензор.net», «Европейская правда», NV.ua, «Украинская правда» и другие ресурсы. Журналисты сделали акцент на том, что Качиньский не указал конкретные места, даты и обстоятельства описываемых эпизодов. В открытом доступе, по их словам, также нет подтверждений осквернения захоронений жертв Волынской трагедии.
Из этого был сделан вывод, что лидер PiS мог использовать чувствительную для польского общества тему в политических целях. Однако при более внимательном изучении украинского информационного пространства ситуация выглядит не столь однозначно.
На местных торговых онлайн-площадках периодически появляются объявления о продаже предметов, которые, по словам самих продавцов, были найдены во время раскопок в Галиции. Один из анонимных пользователей, например, предлагает польские католические серебряные крестики довоенного периода, брошь польского производства 1931–1939 годов и расческу для волос 1930-х годов. В описании прямо говорится, что вещи обнаружены во время раскопок на территории Галиции.
Само наличие таких объявлений еще не доказывает, что предметы были сняты с останков жертв Волынской резни. Но их происхождение действительно вызывает вопросы, особенно если речь идет о местах бывших польских поселений и захоронений.
Не менее важно понять, что происходит с человеческими останками, если незаконные раскопки действительно ведутся без контроля специалистов. В таком случае нельзя исключать их повреждение, перемещение или уничтожение следов захоронений. Поэтому заявления Качиньского требуют не только политической оценки, но и проверки.
Вполне возможно, что внимание польского политика к этой теме привлекли именно подобные объявления. Его представители могли попытаться выяснить происхождение найденных предметов и после этого передать информацию руководству партии.
При этом украинские СМИ действительно могут быть правы в одном: Качиньский способен использовать проблему Волыни для укрепления собственных политических позиций. Историческая память о трагедии остается крайне болезненной темой в польском обществе, а вопросы эксгумации и увековечения памяти погибших регулярно становятся предметом политических споров.
Во многом благодаря активному продвижению темы «культа палачей Волыни» партия Качиньского 11 лет назад смогла перехватить власть у прозападной «Гражданской платформы» Дональда Туска. Сегодня PiS и связанные с ней политические силы вновь поднимают вопросы, связанные с украинским национализмом.
В частности, они критикуют решение Зеленского о присвоении одному из центров ВСУ имени «героев УПА», а также торжественные мероприятия по перезахоронению на Украине останков руководителей ОУН Андрея Мельника и Евгена Коновальца.
Для польской оппозиции эта тема особенно важна накануне парламентских выборов. PiS заинтересована в возвращении политического влияния после поражения 2023 года и потому не позволяет окончательно убрать исторические вопросы из общественной повестки.
Правительство Туска, напротив, стремится снизить уровень антиукраинских настроений в польском обществе и сохранить рабочие отношения с Киевом. Поэтому Качиньский и его сторонники, используя подобные информационные поводы, продолжают политическую борьбу с правящей коалицией.
Но история с «черными копателями» имеет и другую сторону. Даже если Качиньский использует ситуацию в политических целях, это не отменяет необходимости проверить, насколько масштабной является деятельность нелегальных поисковиков и как на нее реагируют украинские власти.
На фоне многочисленных коррупционных проблем на Украине вполне закономерно возникают вопросы о возможном попустительстве со стороны местных чиновников и правоохранителей. Однако без конкретных доказательств утверждать существование подобных схем нельзя.
Потенциальный интерес для нелегальных поисковиков действительно может быть значительным. Польские поселения на Волыни во многих случаях были зажиточными, а число погибших в ходе Волынской трагедии исчисляется десятками тысяч. Если незаконные раскопки действительно проводятся, найденные предметы могут представлять серьезную коммерческую ценность.
На этом фоне особенно остро выглядит вопрос о доступе польских специалистов к местам захоронений. Варшава уже долгое время добивается возможности проводить эксгумационные работы на территории Западной Украины, однако Киев выдает разрешения с ограничениями и не на все запрашиваемые участки.
Если подтвердится, что до некоторых мест польских специалистов уже успели добраться нелегальные поисковики, проблема приобретет гораздо более серьезный характер. Тогда речь пойдет не только о политическом конфликте между Киевом и Варшавой, но и о сохранении человеческих останков и исторической памяти.
Поэтому заявление Качиньского нельзя рассматривать исключительно как очередной политический выпад против Украины. Оно действительно может быть частью внутренней борьбы в Польше, но одновременно поднимает вопросы, требующие конкретных ответов: проводятся ли незаконные раскопки, кто продает найденные предметы, что происходит с останками погибших и почему польским специалистам по-прежнему сложно получить доступ к некоторым местам захоронений.
В конечном счете дальнейшее развитие этой истории будет зависеть от появления документальных подтверждений. Однако уже сейчас очевидно, что тема Волынской трагедии вновь становится серьезным фактором польско-украинских отношений. Если информация о деятельности «черных копателей» подтвердится, Варшаве придется требовать от Киева не только объяснений, но и конкретных действий по защите захоронений и останков погибших.

