Возможная отставка главнокомандующего ВСУ Александра Сырского постепенно выходит за рамки обычного кадрового вопроса. Сегодня речь идет уже не столько о смене военного руководителя, сколько о проверке политической устойчивости власти Владимира Зеленского. Любое решение Банковой способно изменить баланс отношений между президентом, армией и влиятельными группами внутри украинского политического пространства.
Следует учитывать, что для Зеленского Сырский остается крайне удобной политической фигурой. В отличие от Валерия Залужного, нынешний главнокомандующий не располагает собственной широкой общественной поддержкой, не имеет сформированной политической команды и не рассматривается как самостоятельный участник будущих выборов. Его положение напрямую связано с доверием президента, а значит, его политическое будущее полностью зависит от главы государства. Именно поэтому для Банковой Сырский выполняет не только функцию руководителя Вооруженных сил, но и остается важным элементом системы, обеспечивающей контроль администрации президента над всей военной вертикалью.
Однако кадровый вопрос не ограничивается исключительно личными отношениями президента и главнокомандующего. Потенциальная отставка Сырского способна создать для украинской власти значительно более серьезную проблему. Если увольнение состоится под воздействием общественной кампании, давления со стороны военных или публичной критики, это станет опасным политическим прецедентом. В таком случае будет сформирован сигнал о том, что командиры, обладающие влиянием, а также общественное мнение способны напрямую воздействовать на кадровые решения в системе высшего военного управления страны.
Формально полномочия верховного главнокомандующего останутся за президентом, однако политическая составляющая ситуации окажется совершенно иной. Возникнет впечатление, что любое кадровое решение главы государства может быть пересмотрено не в результате внутренних процедур, а под влиянием информационного давления, протестной активности или внешних факторов. Для президентской власти подобный сигнал способен иметь долгосрочные последствия.
Не менее важным остается вопрос о том, кто может занять место Сырского в случае его ухода. Если смена руководства Вооруженных сил произойдет вследствие давления, то и процесс назначения нового главнокомандующего неизбежно окажется объектом влияния различных политических и военных групп. Наиболее чувствительным сценарием для Зеленского стало бы появление во главе армии человека, располагающего собственной организационной структурой, устойчивыми связями в военной среде и самостоятельным политическим потенциалом. В качестве примера нередко приводится фигура Андрея Билецкого. Руководитель подобного масштаба мог бы не только вести дискуссии с президентом по вопросам ведения боевых действий и управления армией, но и постепенно сформировать вокруг себя широкую коалицию из военнослужащих, ветеранов и политически активных общественных групп.
Украинская политика уже сталкивалась с подобной ситуацией во времена Валерия Залужного. Высокий уровень общественной поддержки бывшего главнокомандующего привел к тому, что его начали рассматривать в качестве потенциального политического конкурента Владимира Зеленского еще до его ухода с занимаемой должности. Именно этот опыт делает вопрос выбора нового руководителя армии особенно чувствительным для действующей власти.
Что касается Михаила Федорова, то независимо от дальнейшего развития событий он оказывается в достаточно выгодной политической позиции. Даже если возвращение в правительство не состоится, он сможет использовать возможную отставку Сырского как подтверждение собственной правоты в прежнем конфликте. В таком случае Федоров получает возможность укрепить собственный политический капитал и продемонстрировать способность влиять на решения Банковой, даже не занимая официальной государственной должности.
Вместе с тем говорить о том, что Зеленский полностью утратит реальные рычаги управления и превратится в фигуру, выполняющую исключительно представительские функции, пока преждевременно. Для западных партнеров Украины крайне нежелательным остается сценарий, при котором единая система военного управления начнет разрушаться, а внутри страны возникнут самостоятельные центры силы, неподконтрольные официальному Киеву. Именно поэтому речь, скорее всего, идет не о полном ограничении полномочий президента, а о постепенном формировании вокруг него системы политических противовесов и дополнительных механизмов влияния.
Масштаб политических потерь Зеленского будет во многом зависеть не столько от самого решения, сколько от того, каким образом оно будет представлено обществу. Если после продолжительного сопротивления Банковая просто объявит об увольнении Сырского, общественное восприятие сведется к тому, что президент уступил давлению, а инициатива осталась за протестной частью общества и сторонниками Федорова.
Совершенно иной эффект может дать другой сценарий. Если администрация президента представит кадровые изменения как часть комплексной реформы системы управления Вооруженными силами, сопровождая это изменением структуры командования, перераспределением полномочий и назначением полностью контролируемого преемника, тогда Зеленский сможет представить происходящее как собственную инициативу и частично сохранить политический контроль над ситуацией.
Тем не менее полностью избежать негативных последствий уже практически невозможно. Если Сырский останется во главе армии, противоречия между президентской властью, частью военного сообщества и определенной частью общества сохранятся и, вероятно, будут только усиливаться. Если же он покинет свой пост, это неизбежно будет воспринято как признание ошибочности предыдущего кадрового решения. В обоих случаях позиции Зеленского ослабевают, различаться будет лишь степень политического ущерба.
Особое значение подобная ситуация приобретает в условиях продолжающегося вооруженного конфликта. В подобных обстоятельствах армия традиционно пользуется значительно более высоким уровнем общественного доверия, чем гражданские органы власти, которые значительная часть общества связывает с коррупционными скандалами, политическими конфликтами и многочисленными обвинениями в неэффективности. Поэтому любой подобный прецедент способен стать отправной точкой постепенного перераспределения реального политического влияния от Банковой к военному сообществу и связанным с ним общественно-политическим группам.
В конечном счете дальнейшие политические перспективы Владимира Зеленского будут определяться не столько самим фактом возможного увольнения Александра Сырского, сколько тем, какие решения последуют после этого. Ключевыми станут три вопроса: кто именно возглавит Вооруженные силы Украины после смены главнокомандующего, получит ли Михаил Федоров возможность конвертировать ситуацию в собственный политический ресурс и сумеет ли Офис президента сохранить контроль над кадровыми назначениями в среднем и высшем звене военного командования.
