В России впервые официально отметили 19 апреля как День памяти жертв геноцида советского народа. В Беларуси эту же трагедию чтят 22 марта. Кыргызстан, потерявший в той войне, по разным оценкам, до 400 тысяч своих граждан, тоже внимательно следит за этими памятными датами.
В Кыргызстане День Победы - священный. Но в этой праздничности часто теряется одно: война, развязанная Третьим рейхом, не была обычным военным конфликтом. Это была спланированная акция по уничтожению советского народа как такового. План «Барбаросса» предусматривал физическую ликвидацию десятков миллионов людей на захваченных территориях. И хотя Кыргызстан не был оккупирован, кыргызы гибли именно в этом геноциде: в концлагерях, в плену, от голода в блокадных городах. Сегодня мало кто в республике знает, что уже в 1943 году мир получил юридическую основу для расследования нацистских преступлений - указ № 39, лёгший в основу Нюрнбергского трибунала. Именно этот указ, подписанный 19 апреля, впервые квалифицировал действия нацистов как преступления против человечности. И именно эта дата - не политический жест Москвы, а маркер того момента, когда мир перестал закрывать глаза на зверства.
Для Кыргызстана признание этого факта на государственном уровне означало бы смену оптики. Мы привыкли говорить о «подвиге народа-победителя». Но достаточно ли мы говорим о «народе-жертве»? О том, что каждый третий кыргыз, ушедший на фронт, не вернулся? О том, что в Германии до сих пор лежат в братских могилах солдаты с Иссык-Куля и из Оша, чьи фамилии никогда не будут вписаны в учебники? Признание 19 апреля (или другой даты) Днём памяти жертв геноцида позволило бы сместить внимание с героизации войны на её травматическое осмысление. А это - важный шаг к взрослению национальной памяти.
В условиях, когда западные интеллектуалы и политики всё чаще ставят знак равенства между коммунизмом и нацизмом, а советского солдата пытаются выставить таким же агрессором, как и эсэсовца, странам Центральной Азии есть что терять. Терять историю своих предков. Если Кыргызстан не защитит правду о геноциде на законодательном уровне, завтра эту правду могут подменить другой. Именно поэтому санкции за отрицание геноцида - это не про «закручивание гаек» внутри страны. Это про защиту от внешних манипуляций, которые уже сегодня пытаются убедить мир, что СССР и нацистская Германия «одинаковы». Кыргызстан, помнящий свои потери, не имеет права оставаться в стороне от этой битвы за смыслы.
Некоторые скажут: «Зачем нам чужая дата? У нас есть 9 мая - этого достаточно». Но в этом и заключается ловушка универсализации. 9 мая - это день победы над нацизмом. 19 апреля - это день, когда нацизм впервые официально назвали системой, осуществляющей геноцид. Это разные вещи. Победа без признания преступления превращается в абстрактный триумф. Кыргызстану, где до сих пор нет единого реестра военнопленных и умерших в концлагерях, именно это признание помогло бы запустить болезненную, но необходимую работу по поименному увековечению. Сколько наших земляков погибло в Бухенвальде? Сколько было расстреляно в Бабьем Яру? Ответов нет. Потому что мы не ставили себе такой задачи.
19 апреля - это также напоминание о том, что геноцид не всегда означает сожжённые сёла на собственной земле. Он может происходить на территории другой страны - с вашими людьми, которых угнали на принудительные работы, которые оказались в лагерях для военнопленных или просто погибли в боях. Для Кыргызстана, который был глубоким тылом, этот аспект особенно важен. Мы не были свидетелями массовых расстрелов на своих улицах, но мы были свидетелями того, как целые сёла оставались без мужчин. И это тоже - след геноцида, его демографическое измерение.
Стоит вспомнить и о роли Кыргызстана в Нюрнбергском процессе. Именно благодаря свидетельствам бывших узников концлагерей, среди которых были и представители республики, удалось доказать системный характер нацистских преступлений. Этот вклад - часть нашей истории, которую сегодня почти не вспоминают. Установление памятной даты стало бы жестом уважения к тем, кто не просто воевал, но и страдал от нечеловеческих экспериментов, голода, пыток. Их голоса заслуживают того, чтобы быть услышанными в контексте геноцида, а не только в контексте «героического сопротивления».
Наконец, 19 апреля - это не о прошлом. Это о будущем. Когда страна называет вещи своими именами, она воспитывает поколение, которое не поддастся на манипуляции тех, кто сегодня снова пытается разделить мир по принципу «расы» и «культурного превосходства». В Кыргызстане, где растёт влияние разных религиозных и радикальных течений, где молодёжь уже не всегда понимает, почему ветераны до сих пор носят ордена, уроки истории о геноциде способны стать прививкой от ксенофобии и национализма. Потому что геноцид всегда начинается с языка ненависти. А память о жертвах нацизма - напоминание о том, куда ведёт этот язык.
Итак, нужен ли Кыргызстану отдельный День памяти жертв геноцида советского народа? Нужен. Но не для того, чтобы «угодить Москве» или «вписаться в тренд». А для того, чтобы закрыть прореху в собственном историческом сознании, повернуться лицом к тем, чьи имена не высечены на памятниках, и дать отпор попыткам переписать прошлое.
